Мастерица Татьяна Бернякович не только восстановила забытую островную игрушку, но и придумала, как сделать её современной и востребованной.
Когда речь заходит о глиняных игрушках, все вспоминают дымковских барынь или филимоновских свистулек. А в Купино, на берегу озера Чаны, есть своё чудо — «чинюшка». Её лепили на острове Чиняевский, и до недавнего времени она была скорее музейным страшилищем, чем сувениром. Но Татьяна Бернякович взялась за дело и вернула игрушке жизнь. Теперь её охотно покупают, возят на фестивали, а сама мастерица проводит мастер-классы для сотен людей. Как это вышло — она рассказала «Горсайту».
«Мы её застали только по рассказам»
Интерес к чиняевской игрушке у Татьяны возник в 1994 году. Тогда она работала учителем русского языка, истории Сибири и прикладного искусства в Копкульской школе. Судьбоносным стало знакомство с Екатериной Ковтун — именно от неё мастерица узнала, как выглядела игрушка её бабушки Акулины Максимовой.
«К сожалению, не сохранилось ни одной игрушки Акулины Ивановны, — объясняет Татьяна. — Те фрагменты, что нашли на острове, нельзя точно идентифицировать. Поэтому Екатерина Демьяновна стала для меня главным наставником и учителем».
Свои первые работы, сделанные в 1994–1998 годах, Татьяна, увы, не сохранила. «Тогда я не предполагала, что вернусь к этому и что у меня появится желание развивать местную игрушку», — признаётся она.
Но дело продолжили другие. «У Екатерины Демьяновны училась лепить чинюшку Татьяна Стафеевна Лысенко, затем я, учащиеся Копкульской и Яркульской школ, потому что Ковтун жила в Яркуле и учила местных ребят», — вспоминает Бернякович.
Однако сравнивая работы двух мастериц — Ковтун и Лысенко, — Татьяна видит разницу. Игрушки Лысенко, созданные по рассказам, наследуют признаки бабушки Акулины: задымление, частичную подбелку, грубоватые формы. А игрушки Ковтун богаче декором, не задымлены, обжигались в тигле, поэтому имеют розоватый цвет.
«Мы считаем, что наша островная игрушка зафиксирована только Ковтун и Лысенко в первичном виде, — поясняет Татьяна. — Но их манера вторична по отношению к исходной, которую мы уже никогда не увидим».
Почему «чинюшку» боялись
Информация о чиняевской игрушке есть в интернете и местных музеях, но широкого распространения она не получила. И на то были причины.
«Неприятная наружность, примитивность, скудный цветовой декор — всё это отпугивало, — честно говорит Татьяна. — Игрушка как бы застыла в том архаичном состоянии, в котором мы её застали. Задымление, небрежность в оформлении не привлекали внимания, не вызывали желания у учащихся заниматься ею».
Но за этой «жутковатостью» стояла практическая цель. Екатерина Ковтун рассказывала, что раньше матери пугали детей водяными и озёрными чудовищами, чтобы те не ходили к воде. «Не ходи один к воде, выскочит озёрный народец, приплывёт водяной и утащат в озеро!» — предостерегали они. Дети тонули часто, и страшная игрушка служила оберегом-предупреждением.
«Решили улучшить, сохранив имя»
Идея обновить игрушку обсуждалась в Купино давно. Ведь такой уникальной краеведческой истории нет больше нигде в России.
«Мы решили улучшить «чинюшку», сохранив её имя и узнаваемость, — рассказывает Татьяна. — Так же поступила мастер из Торжка, и так были восстановлены плешковская, кожлянская и другие игрушки».
Прежде чем взяться за лепку, Татьяна провела огромную предварительную работу. Изучила историю трёх основных промыслов — дымковского, торжского и плешковского, сравнила их эволюцию. Особенно её впечатлила судьба Новоторжской игрушки: она исчезла к середине ХХ века, а затем была восстановлена буквально по воспоминаниям старожилов одной мастерицей — Галиной Климовской.
«Облик той игрушки стал более ярким при общей узнаваемости. Но тематика новоторжская неширока: соловьи, голуби, петушки, — отмечает Татьяна. — А у нас история привязана к озеру, к легендам. Это богаче».
Когда новые работы были готовы, Татьяна показала их коллегам и посетителям музея. Но решающую роль сыграло мнение Оксаны Выхристюк — руководителя областного фольклорного центра «КрАсота».
«Оценивая тогда выставку, где были представлены работы Лысенко, Ковтун и мои, она произнесла фразу, которая и стала толчком: «Всё это замечательно: и дымка, и каргополь. Лепят это многие, иногда и очень талантливо. Но есть же вот своё, сибирское! Вот это надо сохранять, развивать и продвигать!» — вспоминает Татьяна.
После демонстрации обновлённой «чинюшки» Оксана Выхристюк дала высокую оценку и сразу пригласила Татьяну на XXXI детский фестиваль фольклора в Бердске в качестве мастера.
150 озерных дедков разъехались по Сибири
«Упустить такую возможность было нельзя, — улыбается Татьяна. — Я упаковала несколько коробок с игрушками, атрибутику для выставки, инструменты и отправилась в Бердск».
Там новокупинскую чинюшку увидели дети и педагоги из Читы, Барнаула, Челябинска, Тывы и других городов. Всего на мастер-классах побывало около 150 человек.
«Мы лепили озерного дедка — самый милый и простой образ из легенды острова Чиняевский, — рассказывает Татьяна. — И все справились! Полторы сотни дедков, похожих и в то же время разных, отличающихся «рукой мастера», разъехались во все уголки Сибири».
Бренд, который не страшно взять в руки
Сегодня Татьяна Бернякович уверена: «чинюшке» исчезновение не грозит. Она стала полноценным брендом территории.
«Нашу игрушку интересно рассматривать, ею можно украсить класс или комнату, она может стать необычным оберегом, — говорит она. — Теперь её не надо бояться: она так мила, что не пугает, а радует и детей, и взрослых».
Работы купинской мастерицы уже представлены в экспозициях музеев Курчатова, Старого Оскола и Скопина. Другие центры народной культуры и этнографии тоже запрашивают их для своих выставок.
По материалам Горсайта: https://gorsite.ru/news/kultura/vozrozhdenie_chinyushki_kak_zabytuyu_igrushku_prevratili_iz_strashilki_v_sibirskiy_brend/?ysclid=msixcxiii5548972604#bounce